alexandr_palkin (alexandr_palkin) wrote,
alexandr_palkin
alexandr_palkin

Categories:

Владимир Платов: Ирано-китайский джокер в игре против США


Взятый в последнее время санкционно-изоляционистский курс Белого дома в отношении Китая и Ирана, объявление их противниками США, естественным образом стал стимулировать ответные действия этих стран против политики Вашингтона. И в этом плане объявленная в июле Ираном подготовка к заключению Тегераном и Пекином двустороннего стратегического пакта, предусматривающего беспрецедентно широкий спектр совместных проектов сроком на 25 лет, является не только свидетельством укрепления стратегического сотрудничества двух стран, но и как совместная конфронтация с США.

Сегодня Китай является крупнейшим экономическим партнёром Ирана. Основой экономического партнёрства между Ираном и Китаем являются энергетические ресурсы и растущая потребность Китая в энергоносителях. Ключевым в развитии ирано-китайских отношений стал 2016 год – после визита в Тегеран председателя КНР Си Цзиньпина, первым из мировых лидеров, посетившим Иран после отмены западных санкций. В ходе этого визита было подписано 17 соглашений, из которых особо следует отметить Соглашение о всестороннем стратегическом партнёрстве и примыкающую к нему 25-летнюю Программу по развитию отношений и расширению торговли, одной из основных целей которой является увеличение товарооборота за десять лет с 35 до 600 млрд долларов.

Именно благодаря китайским инвестициям Иран смог успешно противостоять западным санкциям и развиваться в рамках своих ограниченных возможностей. Для Ирана Китай — это потенциальный союзник в навязанной Соединёнными Штатами санкционной войне, а также сильный экономический партнёр, важнейший поставщик инвестиций и технологий, необходимых для экономического развития и модернизации. Неспособность Ирана достичь своих стратегических целей в регионе посредством сотрудничества с другими крупными партнёрами, в частности, с Индией и Бразилией, сделала Пекин фактически идеальным стратегическим партнёром для Тегерана. При этом в Тегеране учитывалось, что индийские интересы слишком тесно связаны с США, чтобы поддерживать Тегеран в ущерб Вашингтону. Бразилии же, как геополитическому актору, не хватает экономического, военного и геополитического веса.

В нынешних же условиях нарастания напряженности в китайско-американских отношениях, Иран явно рассчитывает, что Китай поможет ему поддержать экономику и станет важным противовесом для США. Кроме того, более тесные связи с Пекином дадут Тегерану дополнительные и, причем весьма существенные, рычаги на будущих переговорах с США и Европой, когда речь зайдет о пересмотре или восстановлении СВПД в прежнем виде, а также в отношениях с региональными соперниками, в частности, с Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами.

Китай, со своей стороны, также явно заинтересован в разработке всеобъемлющего соглашения с Ираном — крупным и весьма важным региональным игроком, чьи значительные энергоресурсы и экономический потенциал делают его важным участником в реализации китайской инициативы «Один пояс, один путь», которая ориентирована в западном направлении. Сегодня Китай уже покупает у Ирана нефть со скидкой, стал ключевым торговым партнером Ирана, в том числе его главным поставщиком продукции тяжелого машиностроения и промышленных товаров. Кроме того, на фоне намерений США уйти из Афганистана, партнерство с Ираном может обеспечить Китаю почти полный контроль над стратегическим коридором, протянувшимся из Центральной Азии к Аравийскому морю и к расширению своего присутствия в Западной Азии.

Безусловно, при этом Пекином просчитываются и определенные риски углубления стратегического сотрудничества с Тегераном, так как подобные шаги могут привести к росту недовольства Вашингтона и даже повлечь за собой дополнительные санкции США и ограничения в допуске к гораздо большему, нежели иранский, американскому рынку. Кроме того, такое стратегическое сближение может не лучшим образом повлиять на региональное партнерство Пекина с Израилем и Саудовской Аравией, вовлеченными, по настоянию Вашингтона, в прокси-войны с Ираном и в тайные операции против него. Именно поэтому ход подготовки двустороннего стратегического пакта в Пекине особенно не рекламировался до последнего времени.

С учетом этих обстоятельств, попавший недавно в СМИ 18-страничный проект договора, привлек значительное внимание во многих странах. Так, обозревателями отмечается намерение Пекина инвестировать в Иран 400 млрд. долларов и участвовать в развитии жизненно важных сфер иранской экономики и инфраструктуры, в том числе в рамках совместного китайско-иранского сотрудничества в мегапроекте «Один пояс – один путь», маршруты которого пересекут всю Евразию. Помимо этого, Китай планирует развивать зоны свободной торговли на севере Ирана, а также на побережье Персидского залива.

Помимо экономических аспектов готовящийся договор включает вопросы безопасности и партнерства в военной деятельности, совместное создание новейших типов вооружений. В частности, планируется помощь Ирану в создании баллистических ракет, обмен данными в области разведки и безопасности, в том числе и в районе Персидского залива.

Новое соглашение между Тегераном и Пекином свидетельствует об изменении стратегических расчетов обеих стран в нынешних международных условиях, где международные нормы и принципы были в значительной степени подорваны односторонней и агрессивной политикой администрации Трампа по отношению к Ирану и Китаю. Помимо укрепления двустороннего стратегического сотрудничества этих стран, также сегодня прослеживается формирование усиливающегося их союза и соседнего Пакистана, с возможностью присоединения со временем к нему Афганистана, Ирака и Сирии, что создаст реальный противовес американскому гегемонизму в регионе и в целом на международной арене.

Поэтому не удивительно, что новость о китайско-иранском соглашении вызвала хор осуждений на Западе и волну инспирированных США и их союзниками пропагандистских публикаций, ставящих себе целью внесение противоречий между Ираном, Китаем и странами региона. Однако в указанной политико-стратегической и информационной игре ирано-китайскому джокеру светит явная победа и политико-экономическая выгода от такого углубляющегося стратегического сотрудничества.

Платов Владимир, эксперт по Ближнему Востоку, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».

Tags: Иран, КНР, США
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments