alexandr_palkin (alexandr_palkin) wrote,
alexandr_palkin
alexandr_palkin

Category:

Арктическая партия Севморпути

Игроки в го против шахматистов

Фото: topwar.ru


Интерес к Северному морскому пути (СМП) растет у всех ведущих акторов. Одни, в частности США, добиваются отторжения от России этой коммуникации путем ее передачи под международный контроль. Другие расширяют присутствие в регионе, сотрудничая с РФ и реализуя инфраструктурные проекты.


Стремление Штатов к переделу сфер влияния можно объяснить необходимостью улучшения экономических, политических и военных позиций. То же можно сказать и о других странах, имеющих выход к Северному Ледовитому океану. Активность КНР в этом направлении вроде бы предопределена экономикой. Но тот факт, что Пекин взялся строить ледокольный флот, свидетельствует о наличии иных резонов.


Вскрытие геополитического значения СМП, его роли и места в системе глобальных коммуникаций позволит объяснить повышенный интерес к нему и спрогнозировать развитие ситуации в регионе.


Мир конфликтующих культур


Особенность исторического момента – нарастающая национально-культурная и цивилизационная поляризация, а также геополитическая регионализация, сопровождающаяся утратой подавляющим большинством стран самодостаточности развития, что уже привело к формированию сообществ государств по цивилизационному признаку. Передовая в этом отношении «коалиция» – западная. Она давно сформировала единую оборонную структуру – НАТО. В духовном и экономическом отношении западные страны представляют пространство, основанное на общих принципах жизнедеятельности. Оформляется и единая политическая система – Евросоюз.


“ Развитие российских железных дорог до уровня, обеспечивающего потребности КНР, потребует огромных средств и времени ”


Началась довольно интенсивная интеграция на постсоветском пространстве – в евразийском цивилизационном сообществе с центром в России. Аналогичные процессы идут в Латинской Америке. Здесь экономическим и военным центром стала Бразилия.


Как самостоятельный субъект геополитики осознает себя исламская цивилизация. В ней множество культур и субцивилизаций, между которыми идет жестокая борьба за доминирование. Однако как субъект геополитики исламский мир уже оформился. Два крыла – суннитское под началом КСА и шиитское во главе с Ираном – имеют четкие геополитические проекты, последовательно воплощаемые. Как отдельные цивилизации развиваются Китай и Индия. Их научный, экономический и военный потенциал растет высокими темпами. Оба государства имеют собственные геополитические проекты. Пекин, судя по направленности его экономической и демографической экспансии, а также развитию НОАК, стремится расширить зоны влияния и втянуть в свою орбиту как минимум основные страны Юго-Восточной и Центральной Азии.


Важно, что сокращается разрыв в экономическом развитии и военном потенциале между цивилизациями. Значительное влияние на облик будущего миропорядка окажут наметившиеся внутренние противоречия западного мира. Интересы старой Европы и англосаксонской оси Лондон – Вашингтон в большей степени начинают различаться и фактически получили частичное политическое оформление с выходом Британии из ЕС. При сохранении существующих тенденций следует ожидать выделения двух центров силы: британо-американского атлантического и германо-французского континентального. При этом германо-французский центр будет стремиться к более тесному взаимодействию с Россией, создавая предпосылки для формирования континентальной оси Париж – Берлин – Москва – Пекин.


Союз нерушимый республик свободных?


В среднесрочной перспективе многополярный мир оформится. Он будет построен на основе союзов государств, каждый из которых представлен самостоятельным и могущественным центром силы, в решающей степени определяющим направленность данной цивилизации. Весьма вероятно, что внутри таких союзов будет ходить единая валюта. Нельзя исключать и формирования коллективных систем безопасности, в частности коалиционных группировок вооруженных сил на постоянной основе. При этом государства останутся в роли основных субъектов международного права, поскольку только они могут представлять и защищать самобытность и права народов.


Складывающиеся цивилизационные союзы с их особенностями производства и потребления определят коммуникационные потоки. В широтном направлении наиболее интенсивные из них будут пролегать севернее 30-й параллели, связывая Европу, США, Китай и Россию, а также в средних широтах Южного полушария, связывая Латинскую Америку, Африку, Австралию и островные зоны западной части Тихого океана.


В меридианном направлении основные грузоперевозки пойдут по линиям Северная – Южная Америка, Европа – Африка и Ближний Восток, Евразия – Ближний и Средний Восток, Китай, а также коммуникациям в западной части Тихого океана, связывающим страны ЮВА, Россию и США.


Таким образом, видно исключительное геополитическое значение СМП – от побережья Китая до Камчатки пролегает один из наиболее интенсивных транспортных коридоров будущего.


Фото: portmurmansk.ru


Другая важнейшая геополитическая тенденция современности – возникновение и развитие союзов цивилизаций.


Для оценки значимости СМП имеет значение прежде всего ШОС, в ядре которого Россия и Китай. Созданный как чисто экономический, этот союз имеет явную тенденцию к усилению военно-политической составляющей. Сегодня можно говорить о том, что ШОС постепенно превращается в глобальный центр силы, альтернативный НАТО. Возникает новая биполярность, в основе которой будет уже не идеологическое противостояние, а духовно-ценностное и геополитическое.


Это классическое противостояние континентальной Евразии и охватывающего ее внешнего полумесяца морских пространств: теллурократии и таллассократии. Зоной основного противоборства будет внутренний полумесяц промежуточного пояса – римланд. Это Северная Африка, Ближний и Средний Восток, Центральная и Юго-Восточная Азия, АТР.


Региональные содружества будут строиться на блоковой или двусторонней основе вокруг НАТО и ШОС. Основой противников Шанхайской организации сотрудничества являются Штаты, точнее – американо-британская ось. В этом контексте очевиден другой аспект исключительного геополитического значения СМП и прилегающего к нему морского транспортного коридора Китай – Камчатка: они становятся единственной морской коммуникацией, гарантированно связывающей РФ и КНР. Остальные контролируются главным геополитическим конкурентом – США и не могут считаться вполне безопасными. Фактически СМП – единственная внутренняя морская коммуникация ШОС.


Поскольку между ведущими странами Запада и Россией с Китаем сформировались почти по всему миру устойчивые противоречия, носящие антагонистический характер и способствующие нарастанию военной конфликтности, при этом ни КНР, ни РФ не могут в одиночку выдержать конкуренцию и прямое давление, следует ожидать усиления интеграции в евразийском пространстве, которой будут интенсивно противодействовать страны Запада и их региональные сателлиты. Все это только усиливает значение СМП для наших стран.


Нельзя не упомянуть и положение американского геополитика Сэмуэля Хантингтона о повышенной конфликтности в зонах цивилизационных разломов – районах, где граничат государства разных культур. Сегодня справедливость этого хорошо видна на примере событий последних лет на Ближнем, Среднем Востоке, в Северной Африке. В таких условиях даже без учета негативного влияния Запада коммуникации, проходящие по районам, насыщенным такими разломами, не могут считаться гарантированно безопасными. Даже ограниченные конфликты там чреваты нарушением нормальной работы транспортного коридора. СМП, проложенный вдали от разломов Хантингтона, избавлен от подобных угроз.


Скрепы Шелкового пути


Помимо особенностей геополитической конфигурации мира и тенденций ее изменения, особое значение СМП придают глобальные проекты. Главный из них – «Один пояс – один путь». Судя по заявлениям Пекина, это много большее, нежели простое создание экономической коммуникации между Европой и Юго-Восточной Азией. Конечной целью видится объединение стран «общего пути», то есть интеграция всего евразийского социума, близкого по духовным и идеологическим основам Китаю.


США также стремятся подмять под себя мировое пространство. Отличие в стратегии сторон. Не зря Бжезинский видел мир как великую шахматную доску. Правилами этой игры предполагается покорение пространства разгромом конкурента в прямой или гибридной войне. Власти Китая играют по правилам го, в соответствии с которыми не покоряют, а осваивают пространства, занимая свободные клетки на игровом поле. Именно так Пекин внедряется в Европу и уже занял серьезные позиции в экономике Штатов. Однако занятые клетки должны быть надежно связаны. Поэтому для китайской стратегии Великого шелкового пути поддержание нормальных коммуникаций с зонами влияния в других регионах критически важно.


Сегодня, судя по сообщениям СМИ и заявлениям политиков, прорабатываются и реализуются четыре ветки этого глобального проекта. Первая, ее можно назвать южноокеанской, проходит от побережья КНР через Тихий и Индийский океаны с прилегающими морями и заливами через Суэцкий канал и Средиземное море к побережью Южной Европы. Помимо того что это очень длинная дорога, она пересекает зоны конфликтов и находится под безраздельным контролем американского флота. Поэтому при нарастании противоречий США – Китай рассчитывать на надежный трафик по ней в перспективе нельзя. Вспомним, как британцы без правовых оснований, с грубейшим нарушением международного права захватили иранский танкер.


Вторая ветка, южносухопутная, проходит через страны Азии. Ее надежность также не назвать высокой, поскольку здесь множество зон повышенной конфликтности. Это район азиатского римланда, где с переменным успехом идет борьба за влияние между ведущими геополитическими и региональными центрами силы. Сюда активно внедряются США, расширяют свое влияние джихадистские радикальные транснациональные организации, за которыми стоят крупные игроки, такие как Саудовская Аравия. Поэтому работоспособность данной ветки можно гарантировать только при поддержании благоприятного политического режима во всех странах транзита. Сегодня это весьма проблематично.


Третья ветка пролегает через территорию России по нашей сети железных дорог. Ее пропускная способность с Востока на Запад не вполне удовлетворяет даже внутренние потребности, не говоря уже об огромных объемах китайского трафика. Развитие стальных магистралей РФ до уровня, обеспечивающего потребности КНР, потребует огромных средств и времени. Кроме того, железнодорожные перевозки в принципе не могут конкурировать с морскими ни по потенциально достижимой пропускной способности, ни по стоимости перевалки грузов. Поэтому хотя эта ветвь и является, наверное, самой надежной, в силу ограниченности пропускной способности она не может обеспечить потребности Пекина.


Остается СМП, путь надежный и в потенции обладающий еще и огромной пропускной способностью. С развитием сети портов, навигационной инфраструктуры, ледокольного флота, других элементов морских коммуникаций, с учетом явно наметившегося глобального потепления возможно наладить круглогодичное движение судов очень большого водоизмещения. Тем самым будет обеспечена необходимая пропускная способность для нормального функционирования Великого шелкового пути по его северной трассе.


Заметим, что даже если США и их союзники попытаются нарушить эту коммуникацию вооруженным путем, это будет весьма затруднительно в силу географических и климатических особенностей. Так, в годы Великой Отечественной войны немцам не удалось даже осложнить морские перевозки по СМП.


Естественно, СМП не отменяет другие ветки геополитического проекта Китая, но дополняет их, привлекая надежностью работы и потенциально возможной высокой пропускной способностью.


Таким образом, можно определить геополитическое значение СМП как ключевой скрепы евразийского пространства от Китайских морей и Тихого океана до западных границ России. А в перспективе с учетом китайской экономической активности в Европе и экономической связи последней с Россией расширение СМП наряду с другими глобальными коммуникациями между Востоком и Западом Евразии будет важнейшим инструментом интеграции всего континента.


В условиях наметившегося раскола западной цивилизации на европейский и атлантический блоки возможность возникновения в недалеком по геополитическим меркам будущем Великой Евразии от Бискайского залива до Тихого океана, построенной вокруг Великой евразийской оси Париж – Берлин – Москва – Пекин, вполне может стать реальностью.


Константин Сивков,  заместитель президента РАРАН по информационной политике, доктор военных наук

Опубликовано в выпуске № 41 (804) за 22 октября 2019 года ВПК

Tags: КНР, НАТО, Российская Федерация, США, Севморпуть, ШОС
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments