?

Log in

No account? Create an account
поговорим

alexandr_palkin


МИРОСТРОИТЕЛЬСТВО

Будущее России рождается в каждом из нас


Previous Entry Поделиться Next Entry
ЦРУ и агенты его влияния озабочены возможным появлением в России Сети недоступной подрывным акциям
Для Вас
alexandr_palkin
Кому и для чего нужен в России «суверенный интернет»?



Оппозиционный лидер Алексей Навальный выступает на митинге протеста против решения властей заблокировать часть Интернета. Москва. 30 апреля, 2018.


Эксперты – об очередной сомнительной инициа
тиве российских законодателей
Законопроект, направленный на создание в России автономного (или «суверенного») интернета, был подвергнут критике экспертной группой при правительстве РФ, сообщили накануне СМИ. Прежде всего, специалисты обратили внимание на непомерные расходы, связанные с реализацией инициативы на практике.

По прикидкам экспертов, только на исследования и опытно-конструкторские работы потребуется около 25 миллиардов рублей, а еще порядка 134 миллиарда рублей в год понадобится на компенсации операторам связи, у которых в связи с планируемым нововведением непременно возникнут дополнительные проблемы.

Кроме того, внедрение в жизнь закона о закрытом интернете вызовет расширение штата аффилированных с Роскомнадзором структур, у самого же надзорного ведомства появятся дополнительные полномочия и рычаги. Оно сможет не только блокировать сайты, но и вмешиваться в маршрутизацию трафика.

Формально документ, как указано в пояснительной к нему записке, призван регламентировать действия России в случае «отключения от глобального интернета» – естественно, в результате “происков американцев”. Авторами идеи выступили сенатор Андрей Клишас и депутат Андрей Луговой, подозреваемый британскими властями в отравлении экс-сотрудника КГБ Александра Литвиненко.

Ведущий юрист «РосКомСвободы», адвокат Саркис Дарбенян полагает, что основная задача нового законопроекта – распределить часть денежных средств, которые уже аккумулированы в подконтрольных Роскомнадзору структурах, и усилить контроль над российским сегментом интернета для того, чтобы можно было, в частности, контролировать потоки идущего в страну интернет-трафика. На его взгляд, негативные последствия от воплощения законодательной инициативы в жизнь очевидны.

«Во-первых, многие ресурсы и ВЭБ-приложения при запуске и наладке систем могут создать существенные помехи в доступе к привычным для пользователей сервисам, – конкретизировал он в интервью Русской службе «Голоса Америки». – Во-вторых, это, разумеется, приведет к удорожанию услуг на доступ в интернет. Установка всего необходимого оборудования, которое по предварительным расчетам обойдется в сотни миллиардов рублей, ляжет на плечи конечного потребителя».

Саркис Дарбенян также напомнил, что практически все ведущие эксперты в интернет- сфере негативно отозвались именно об экономической составляющей проекта. Однако, по его мнению, недостатки документа только этим не исчерпываются: «Правозащитное сообщество говорит, что закон будет способствовать усилению цензуры российского сегмента интернета и, естественно, негативно скажется на правах всех пользователей интернета. То есть, эта инициатива плоха и с экономической, и с правовой, и с социальной точек зрения».

Адвокат выразил надежду, что в итоге в России все-таки возобладает здравый смысл и от проекта откажутся.

В свою очередь, сопредседатель Ассоциация пользователей интернета (АПИ) Станислав Шакиров считает, что обсуждаемый законопроект понадобился российским властям, с одной стороны, для того, чтобы можно было более эффективно блокировать неугодные ресурсы и приложения, а с другой – чтобы иметь возможность нажимать на «рубильник» в случае массовых волнений, отключая внутренний российский интернет от мирового.

«В качестве «рубильника» применительно к трансграничным магистралям это выглядит как достаточно эффективное средство, – добавил он в комментарии «Голосу Америки». – В этом случае будут работать некоторые российский сервисы, но не будут заграничные. Соответственно, GPI (Global Peace Index) позволит блокировать многие сервисы гораздо эффективнее. При этом надо понимать, что все, кто захотят его обойти, смогут без проблем сделать это. Думаю, что, например, Telegram так и поступит. Но возможностей вырубать определенные сервисы или сайты у Роскомнадзора появится намного больше».

Как представляется сопредседателю АПИ, законопроект – один из заключающих этапов «китаизации» российского Интернета.

«Единственное – осталось создать армию кибердружин, наподобие Китая, и тогда все действительно будет очень похоже. Вместе с тем я бы сказал, что Россия все же идет немного по другому пути. Если посмотреть на историю регулирования Интернета, то гайки у нас стали заворачивать в связи с событиями на Украине. И здесь цель не сделать все, как в Китае, а обезопасить собственную власть от народного гнева, лишить людей возможности коммуницировать друг с другом посредством Интернета», – заключил Станислав Шакиров.



Голос Америки

Freedom House: «цифровой авторитаризм» угрожает свободе интернета во всем мире


Россия и Китай «экспортируют» в другие страны собственные технологии борьбы со свободой слова

Глобальный интернет в прошлом году стал еще менее свободным: эксперты отмечают последовательное сокращение интернет-свобод по всему миру уже восьмой год подряд. Более того, власти целого ряда стран вовсю занялись построением «цифрового авторитаризма» в сети, активно перенимая российский и китайский опыт блокирования нежелательной информации.

Об этом говорится в ежегодном отчете о свободе интернета, который был опубликован на сайте неправительственной организации Freedom House 1 ноября.


Китайская угроза

Авторы отчета (в этом году в его создании участвовали больше 70 экспертов) ежегодно фиксируют происходящее в интернет-сфере 65 стран, в которых живут 87% всех пользователей сети в мире.

Согласно подсчетам Freedom House, уровень свободы интернета в прошлом году снизился в 26 из 65 государств-участников рейтинга. Самые жесткие ограничения на сетевую свободу ввели власти Египта, Шри-Ланки, Камбоджи, Кении, Нигерии, Филиппин и Венесуэлы. Во многих странах свобода доступа к интернету была снижена в связи с выборами и под предлогом борьбы с фейковыми новостями.

Негативный рейтинг традиционно возглавляет Китай – страна, в которой действуют самые строгие ограничения в сфере интернета. Россия заняла 13 место в топ-15 стран с самым несвободным интернетом. В число лидеров антирейтинга также вошли Иран, Эфиопия, Сирия, Куба, Вьетнам, Узбекистан и Пакистан. Среди других постсоветских стран с низким уровнем онлайн-свободы – Беларусь (18 место), Казахстан (20 место) и Азербайджан (21 место).

Как рассказал в интервью Грузинской службе «Голоса Америки» один из авторов отчета Freedom House Адриан Шахбаз, одна из основных тенденций прошлого года – крайне агрессивное поведение Китая в сфере интернета. Причем речь идет как о действиях Пекина внутри страны, так и на мировой арене. Китай пытается влиять на другие государства, в том числе, обучая зарубежные правительства методам блокировки нежелательных онлайн-ресурсов. В прошлом году представители 36 стран побывали в КНР, чтобы перенять опыт на семинарах по управлению информационными потоками и соцсетями.

Армения и Узбекистан вошли в число 19 стран, в которых Freedom House отмечает изменения к лучшему. Адриан Шахбаз заметил, что очевидный прогресс в Армении связан с бархатной революцией, которая привела в апреле к отставке правительства Сержа Саргсяна. А вот Узбекистан, хотя и улучшил свои позиции в рейтинге, все еще входит в Топ-10 стран с наибольшими ограничениями в интернет-сфере. В рейтинге интернет-несвободы страна оказалась на 7 месте.

Интересно, что топ-10 стран с самым свободным интернетом возглавила еще одна постсоветская страна – Эстония, за которой следуют Исландия, Канада, Германия, Австралия и США. Правда, при этом авторы отчета пишут о снижении уровня интернет-свободы в Соединенных Штатах. Это во многом связано с прошлогодним решением Федеральной комиссии по коммуникациям отменить нормы сетевого нейтралитета. Впрочем, через несколько месяцев, в мае 2018 года Сенат проголосовал за отмену этого решения.

Кремль переходит в наступление

По словам Адриана Шахбаза, российские власти в прошлом году предприняли множество шагов для увеличения государственного влияния на сеть. В июле 2017 года депутаты Госдумы приняли законопроект, ограничивающий работу виртуальных частных сетей (VPN), благодаря которым пользователи могут попадать на запрещенные сайты. В этом году в парламент внесли еще один законопроект, который предусматривает штрафы для компаний, предоставляющих услуги VPN.

Еще российские власти в прошлом году потребовали от владельцев мессенджеров в обязательном порядке регистрировать пользователей под их настоящими именами – для того, чтобы облегчить силовикам задачу поиска правонарушителей.

В июле в силу вступило законодательство по борьбе с терроризмом. Этот документ требует от телекоммуникационных компаний как минимум полгода хранить содержание всей онлайн-переписки их клиентов. Благодаря нововведению Федеральная служба безопасности (ФСБ) получила беспрепятственный доступ к этим данным.

Один из самых ярких эпизодов ожесточенного наступления Кремля на свободу интернета – история с мессенджером Telegram, говорит Шахбаз. В апреле 2018 года Роскомнадзор объявил о блокировке приложения в России, так как его владелец Павел Дуров отказался предоставить ФСБ технологию дешифровки личных сообщений пользователей. При этом власти не смогли выполнить угрозу и заблокировать мессенджер – оказалось, что технически это сделать невозможно. Владельцы Telegram воспользовались специальными приемами для обхода блокировки. В итоге Роскомнадзор заблокировал больше 18 млн IP-адресов. Это не повлияло на работу Telegram, но привело к сбоям в работе новостных сайтов, устройств для умного ТВ и даже систем заказа авиабилетов.

Москва активно продолжает вмешиваться в информационное пространство других стран. «За минувшие несколько лет мы зафиксировали сразу в нескольких странах кампании по дезинформации, которые проводила Россия. Причем зачастую пропаганда и фейковые новости распространяются российскими государственными СМИ», – говорит Шахбаз. Так, по данным Transparency International, Россия поддерживала правые экстремистские группировки в Грузии и других странах Европы. К сожалению, в пылу борьбы с кремлевской пропагандой власти многих пост-советских стран все чаще берут на вооружение негативный опыт Москвы – и сами блокируют доступ к российским интернет-сайтам и мессенджерам.

«Мы рекомендуем правительствам стран,которые подвергаются информационной агрессии со стороны России, быть осторожнее и по возможности не прибегать к кремлевской тактике. Есть множество других способов, с помощью которых можно бороться с машиной госпропаганды», – говорит Адриан Шахбаз.

Есть, впрочем, и позитивный момент – если его, конечно, можно так назвать, добавляет Шахбаз. В прошлом году российские власти практически перестали привлекать к уголовной ответственности и сажать в тюрьму интернет-пользователей, которые публикуют в сети экстремистские, по мнению правительства, тексты. Впрочем, преследования продолжаются. Теперь нарушителей закона «всего лишь» штрафуют и применяют к ним другие административные меры. «Это все еще вызывает у нас озабоченность, однако тут мы увидели несомненные улучшения в сравнении с 2016 годом», – отмечает Шахбаз.


Голос Америки

«В России усиливается наступление на свободу слова»


Надежда Ажгихина о новом докладе ПЕН-клуба

В Институте Гарримана прошла встреча с Надеждой Ажгихиной, известным российским журналистом и политическим активистом. Вела встречу Катрина ванден Хувел (Katrina vanden Heuvel), главный редактор и издатель журнала The Nation.

Как известно, большое видится на расстоянии. Надежда Ажгихина с заметной ностальгией вспоминала канувшие в лету перестроечные годы и эйфорию тогдашнего обретения свободы слова. Катрина ванден Хувел, в свою очередь, напомнила, что в те годы приезжала в Россию и была свидетельницей бурной демократизации общественной жизни новой России.

Характерно, что они противопоставили нынешнюю тревожную ситуацию со свободой слова в путинской России – периоду перестройки и гласности, связанному с политическим реформаторством Горбачева и Ельцина.

О пространстве свободы

В своем выступлении Надежда Ажгихина сконцентрировала внимание на новом докладе Международного PEN-клуба. В нем приводятся многочисленные факты нарушений гражданских прав за последние шесть лет и делается неутешительный вывод об усилении государственного контроля над СМИ и Интернетом.

Доклад, составленный совместно центрами Международный PEN, PEN-Moscow и PEN Санкт-Петербурга, констатирует: «В последнее время пространство для свободного выражения мнений, для деятельности гражданского общества и для любого инакомыслия в России стремительно сокращается из-за ряда новых законов, криминализирующих даже конструктивную критику власти».

Надежда Ажгихина является соавтором этого доклада. Она вице-президент Европейской федерации журналистов, исполнительный директор PEN-Moscow, автор многих книг, преподает журналистику в МГУ. Ее муж, публицист Юрий Щекочихин, автор смелых журналистских расследований, умер при загадочных обстоятельствах в 2003 году.

Редактор, публицист и телекомментатор Катрина ванден Хувел давно следит за событиями в России. Вместе со своим супругом, историком Стивеном Коэном она выступила соредактором сборника «Голоса гласности: интервью с горбачевскими реформаторами».

В докладе перечислены меры, которые призваны восстановить свободу слова в России. Так, считают его авторы, необходимо отменить или изменить законы, удушающие свободу слова. Необходимо также пересмотреть законы по борьбе с экстремизмом, чтобы они не приводили к ненужному или несоразмерному ограничению права на свободу слова. Должны быть прекращены политически мотивированные судебные преследования интернет-пользователей и журналистов, немедленно и безоговорочно освобождены те, кто в настоящее время находятся в заключении по такого рода обвинениям. Необходимо отменить цензуру в книгоиздании, театре и кино, создать среду, в которой могло бы процветать художественное выражение критических взглядов.

«Ужасающая картина»

По мнению Ажгихиной, начиная с 2012 года российские власти кардинальным образом усилили контроль за распространением информации в печатных СМИ, на радио, ТВ и в Интернете

Журналист и кинорежиссер Олег Сенцов содержится в тюрьме по надуманным политизированным обвинениям, несмотря на глобальную кампанию протеста. Директора украинской библиотеки в Москве Наталью Шарину судили за «распространение экстремистской литературы». Театрального режиссера Кирилла Серебренникова, известного своими независимыми взглядами, держат под домашним арестом больше года по предположительно сфабрикованному обвинению. Независимые журналисты подвергаются репрессиям. Журналист Жалауди Гериев отбывает в Чечне трехлетний тюремный срок по необоснованным обвинениям в хранении наркотиков. На днях правозащитника Льва Пономарева посадили на 25 суток (потом уменьшили срок до 16 суток) за призыв к демонстрации, что, собственно, является конституционным правом гражданина РФ. Десятки людей в разных регионах страны были привлечены к судебной ответственности за онлайновые комментарии, в первую очередь, в отношении войны с Украиной и аннексии Крыма. Из-за протестов общественности законодательство в отношении Интернета было несколько смягчено.

Как подчеркнула Ажгихина, российская Конституция гарантирует свободу мысли и слова, свободу выражения мнения и запрещает цензуру. Россия является членом нескольких международных союзов, и в этом качестве несет обязательства уважать и защищать свободу выражения мнений, в том числе право искать, получать и распространять любую информацию и любые идеи.

«Наши американские коллеги очень мало знают о текущей ситуации в российских медиа, – заметила Ажгихина. – Знают только «Новую газету». Но ведь есть десятки правдивых, профессиональных изданий в провинции, например, Алтапресс (издательский дом в Барнауле) или «Якутск вечерний» (общественно-политическая еженедельная газета, издающаяся в Якутске). Это частные, самоокупаемые медиа. Им трудно, но они борются, сопротивляются давлению и угрозам. Мужественные, талантливые люди делают свое дело и не собираются покидать Россию. Они хотят обустроить свою родину так, чтобы в ней свободно дышалось всем, чтобы журналисты могли свободно делать свое дело».

О расколе российского PEN-центра

«Я горжусь возможностью представить в США новую организацию PEN-Moscow, которая стала частью международного PEN-центра, – сказала Ажгихина. – Мы сделали это на базе ассоциации “Свободное слово”, объединяющей независимых журналистов, литераторов, блогеров, переводчиков, а также представителей издательского дела, театра, кино, образовании, библиотек».

Объясняя причины раскола российского PEN-центра, из которого вышли наиболее радикальные члены, она сказала: «Русский PEN молчал, когда нарушались права человека, что побудило таких авторов, как Владимир Войнович и Людмила Улицкая, покинуть эту организацию. Другая организация, Союз журналистов России, секретарем которого я состояла 15 лет, забыла об обязанностях отстаивать свободу слова, получила деньги от властей и стала поддерживать властную повестку. В частности, этот союз поддержал закон, который причисляет к “иностранным агентам” массмедиа, которые получают финансовую помощь из-за рубежа. Поэтому мы решили объединиться в новый союз – PEN-Moscow. Мы хотим начать диалог с властью, которого сегодня нет. Один из важнейших пунктов наших требований – освобождение Олега Сенцова и Кирилла Серебренникова».

Ажгихину спросили о роли олигархов в функционировании российской журналистики, в частности, высказав предположение, что их влияние может быть позитивным.

«Я так не думаю, – ответила Ажгихина. – Олигархи нанесли очень большой вред свободе слова, журналистике как профессии. Они подкупали и подкупают журналистов, используют журналистов в своих целях».

О важности обменов

Был затронут вопрос профессиональных обменов журналистов между Россией и США. Ажгихина напомнила, что в 1991 году, на заре таких обменов, участвовала в конференции по гласности, организованной в Нью-Йорке Институтом Гарримана. «Это было время больших надежд, время исторических событий, – отметила она. - И мы считали себя участниками огромных перемен. Я думаю, что диалог, начатый тогда, и сегодня остается актуальным».

«Российские журналисты ведут свою борьбу, – отметила Катрина ванден Хувел. - Но они должны знать, что они не одиноки, что у них есть коллеги в других странах, солидарные с ними».

Она сообщила о том, что благодаря фонду памяти Пола Хлебникова (американский журналист, убитый в Москве в 2004 году. – О.С.), в Институт Гарримана приедет на стажировку спецкор «Новой газеты» Елена Костюченко. Среди тех, кто уже прошел стажировку благодаря этому фонду, известные журналисты – Ирина Малкова, Олег Кашин, Павел Каныгин, Олеся Герасименко и другие.

Катрина ванден Хувел рассказала, что на днях выступала в Москве, в МГУ. Там есть центр по изучению США имени Франклина Рузвельта, который, по ее словам, может посылать трех российских студентов в архивы и библиотеки США. «В нынешние недобрые времена такие обмены особенно важны, – заметила она. – Увы, пространство обменов сокращается, и это может иметь далеко идущие негативные последствия».


Голос Америки




  • 1
  • 1