?

Log in

No account? Create an account
поговорим

alexandr_palkin


МИРОСТРОИТЕЛЬСТВО

Будущее России рождается в каждом из нас


Previous Entry Поделиться Next Entry
США осуждают Россию за помощь Асаду в подготовке наступления на террористические армии в Идлибе
Для Вас
alexandr_palkin

США осуждают Россию за помощь Асаду в подготовке наступления на Идлиб


Помпео и Лавров обменялись комментариями, говорящими о нарастании напряжения между Вашингтоном и Москвой по сирийской проблеме

Соединенные Штаты и Россия на уходящей неделе уделяли много внимания кризису в Сирии, подходя к нему с явно разных сторон: если Вашингтон заявлял о недопустимости гуманитарного кризиса в сирийской провинции Идлиб, на которую готовится наступление войск режима Башара Асада, то Москва, напротив, всячески приветствует военное развитие внутрисирийского конфликта, говоря о праве руководства Сирии на силовые действия.

В момент, когда наступление войск Асада на Идлиб может начаться в любой момент, Россия объявила о проведении в непосредственной близости от сирийских берегов учений своего Военно-морского флота и Воздушно-космических сил. По сообщению пресс-службы Министерства обороны России, к учениям, которые будут проходить с 1 сентября, «привлекаются корабли Северного, Балтийского, Черноморского флотов и Каспийской флотилии, а также самолёты дальней авиации», и в этих маневрах «примут участие 26 боевых кораблей и судов».

Западные военные аналитики рассматривают эти учения как помощь наступлению сирийской армии на вооруженную оппозицию, обеспечение ее данными ПВО и даже возможное участие в этом наступлении российской авиации.

Российский МИД загодя обвинил организации, оппозиционные режиму Асада и отслеживающие события в Сирии, в подготовке инсценировки химической атаки правительственных войск. Российские дипломаты в середине недели публиковали в Твиттере подложные фотографии якобы съемок «Белыми касками» последствий химической атаки, которые на самом деле оказались свидетельством съемочного процесса пропагандистского фильма, уже сделанного по заказу правительства Сирии. Подлог широко обсуждался в соцсетях, но российский МИД его никак не комментировал.

Министр иностранных дел Сергей Лавров в пятницу также заранее оправдал действия армии Асада: «У нас никаких нет планов скрывать то, что мы будем делать в поддержку сирийского правительства, которое освобождает свою землю от террористов, создает условия для того, чтобы граждане Сирии поскорее могли вернуться к своим очагам».

На эти слова российского министра ответил в Твиттере госсекретарь США Майкл Помпео: «Сергей Лавров выступает в защиту сирийского и российского наступления на Идлиб... США рассматривают это как эскалацию и без того опасного конфликта. 3 миллиона сирийцев, которых уже заставили покинуть свои дома, и которые сейчас находятся в Идлибе, пострадают от этой агрессии».

Между тем, когда год назад на саммите «Группы двадцати» в Гамбурге произошли первые длительные переговоры между президентом США Дональдом Трампом и российским лидером Владимиром Путиным, одной из немногих сфер, где были достигнуты договоренности, стала сирийская проблема. Оба президента тогда рассказывали журналистам о прекращении огня в юго-западной части этой страны, а также о разработке шагов урегулирования конфликта с привлечением Иордании и Израиля.

Означает ли нынешняя позиция Москвы, поддержавшей готовность Асада установить контроль над всей сирийской территорией военными средствами, что она больше не намерена договариваться с Вашингтоном и Западом вообще по Сирии? Чем на это ответят США?

Сет Джонс: США, скорее всего, не будут вмешиваться в ситуацию военным путем

Директор проекта «Транснациональные угрозы» в Центре международных стратегических исследований Сет Джонс считает, что на самом деле напряжение между США и Россией по вопросу того, что делать в Сирии, всерьез не спадало никогда: «Я думаю, что считать договоренности в Гамбурге чем-то переломным было бы слишком оптимистично. Да, некоторые шаги были сделаны, но я общался с людьми, которые находятся на месте, действуют там в тактическом и техническом плане, и они говорили мне, что напряженность в контактах по Сирии не спадала никогда. Вашингтон был в поисках своей стратегии в Сирии и в процессе решения, оставлять ли там силы, а Россия всегда в открытую поддерживала действия Асада. Это ставило две стороны друг против друга».

Эксперт в интервью Русской службе «Голоса Америки» отмечает, что некоторые договоренности Трампа и Путина по Сирии были эффективными: «Мы помним, что стороны смогли договориться о контроле зон вдоль Евфрата, Россия взяла на себя то, что происходит на западном берегу, а США – на восточном, и что было много двусторонних контактов – США и Израиля, России и Израиля, России и Ирана. И какие-то из этих переговоров были эффективными: в частности, было достигнуто понимание, что Россия как минимум не будет как-либо действенно реагировать на удары израильтян по иранским подразделениям в Сирии. США были относительно довольны тем, что русские услышали озабоченность Израиля в отношении «Хезболлы» и других шиитских вооруженных групп, находящихся вблизи от Голанских высот».

По словам Сета Джонса, он заметил, что «в последние два месяца российские медиа типа ТАСС или «Sputnik» стали публиковать множество обвинений в адрес США, что те оказывают помощь «Исламскому государству», «Джебхат ан-Нусре» и другим джихадистам, что не является правдой».

Эксперт Центра международных стратегических исследований почти уверен, что США воздержатся от прямого военного вмешательства в ситуацию вокруг Идлиба: «Я думаю, никаких военных акций не будет. Скорее всего, будет публичное осуждение того, что происходит, будут также попытки повлиять на ситуацию по дипломатическим каналам, будет выражение озабоченности нарушениями прав человека и гуманитарной ситуацией. США иногда предпринимали военные акции на северо-западе Сирии, в частности, против «Джабхат ан-Нусры», но в основном действовали в восточной Сирии. На западе страны активны Россия и Сирия, и сейчас речь идет о западе Сирии».

Однако, по мнению Сета Джонса, есть вероятность того, что США вмешаются в ситуацию «в случае применения химического оружия и при широкомасштабных нарушениях прав человека – тогда США могут предпринять что-то серьезное».

Джим Филлипс: Россия нарушила договоренности по зонам деэскалации

Эксперт по Ближнему Востоку из Heritage Foundation Джим Филлипс считает, что «напряженность между Вашингтоном и Москвой по Сирии реально возросла потому, что Россия выдвинула целую серию обвинений, явно фальшивых, в отношении сирийской вооруженной оппозиции, якобы готовящей химическую атаку».

«Одно дело – когда вы просто покрываете Асада, использующего химическое оружие, как мы знаем это из предыдущих случаев, и несколько другое – когда вы утверждаете, что повстанцы готовят химическую атаку, и это делается при участии США, потому что США хотят это использовать как повод для удара» - говорит Джим Филлипс в интервью «Голосу Америки».

Эксперт Heritage Foundation полагает, что «если какие-то договоренности и были достигнуты год назад в Гамбурге, то все они уже разрушены». «Было видно, что с самого начала Россия нарушала все свои дипломатические обещания, касавшиеся зон деэскалации. Так что не очень понятно, как от них можно было ожидать, что они будут придерживаться договоренностей относительно зоны деэскалации в Идлибе. Я вообще считаю, что зоны деэскалации были поддержаны Россией для того, чтобы дать сирийскому режиму укрепиться, потому что он был не способен вести войну сразу по всем фронтам, а зоны позволили ему сосредоточится на отдельных направлениях».

Джим Филлипс считает, что Башар Асад, по идее, не должен пойти на применение химического оружия в ходе боев за Идлиб: «Он на грани победы в войне. Зачем рисковать всем и провоцировать США на удар?»

Однако в случае применения химического оружия или очевидных военных преступлений, убежден эксперт, ответ Запада последует: «Удар ответ на химическую атаку будет более сильным, чем в предыдущие годы, и мы помним, что в апреле 2018-го к ударам присоединились Британия и Франция, и было поражено гораздо больше целей».


Голос Америки

По краю: на что рассчитывает Турция в сирийском Идлибе




Интенсивный дипломатический трафик между участниками астанинского механизма урегулирования сирийского конфликта может свидетельствовать об очередном этапе реализации планов по стабилизации гражданской войны. На этот раз речь идет об уничтожении террористической угрозы в сирийском Идлибе. Очевидно, что решение проблемы терроризма выгодно всем участникам конфликта, однако как показывают затянувшиеся консультации между Анкарой и Москвой, стабилизация Идлиба не будет возможной без учета турецких интересов. Подробности — в материале портала iz.ru.

Одной из главных внешнеполитических новостей августа стали встречи турецких и российских официальных лиц. Так, 17 и 24 августа Москву посетили глава военного ведомства Турции Хулуси Акар и национальной разведки Хакан Фидан, предметом переговоров турецких чиновников с российскими коллегами были технические детали предстоящей военной операции в Идлибе. Политические консультации между сторонами проводились 2, 14 и 24 августа по линии дипломатических ведомств. Ожидается, что соответствующие решения между Россией и Турцией будут закреплены на высшем уровне на предстоящей встрече глав стран — гарантов Астанинского процесса на саммите 7 сентября в Иране.

Внимание к подобным события продиктовано прежде всего весом России и Турции в общесирийских делах, особенно в вопросе военно-политической ситуации в Идлибе, последней из четырех зон деэскалации, установленных в рамках Астанинских соглашений. В провинции с населением более чем 2 млн человек присутствует более 80 тыс. вооруженных лиц, главным образом сторонники и члены международной террористической организации «Фронт ан-Нусра», аффилированной с «Аль-Каидой». Как представляется, Москва и Анкара ведут политический торг вокруг того, как террористическая угроза будет решена и какую роль при этом могут сыграть группы умеренной оппозиции.

Главные требования российского руководства заключаются в необходимости уничтожения террористических организаций в Идлибе. В качестве обоснования российские дипломаты приводят договоренности с турецкими и иранскими коллегами о совместной борьбе против радикальных групп, внесенных резолюцией СБ ОНН 2401 в список террористических. Кроме того, настойчивость России в предприятии срочных мер против террористов «Нусры» (организация запрещена на территории РФ) в Идлибе продиктована и желанием прекратить продолжающиеся уже несколько месяцев атаки дронов на российские военные объекты и позиции сирийской армии.

Очевидно, что Россия всё это время рассчитывала на поддержку Турции, чье влияние могло быть использовано для контроля над всей территорией провинции. Однако расчет не оправдался, очевидно в силу нежелания Турции напрямую давить на террористов.

Наконец, необходимость операции против террористов продиктована и желанием российской стороны улучшить ситуацию на подконтрольных Турции территориях. Стабильность политической ситуации и безопасность — главные условиях для возвращения сирийских беженцев, а с ними и для начала диалога с западными странами по вопросу предоставления помощи для восстановления Сирии.

Камнем преткновения между Турцией и Россией стал вопрос о необходимости военной операции. Турция настаивает на том, что военная операция сирийской армии и российских военных в провинции может вызвать новую волну сирийских беженцев: по подсчетам турецкой стороны, в приграничных провинциях Турции может оказаться 250–500 тыс. человек.

Кроме того, Турция опасается, что под предлогом борьбы с террористами, позиции которых зачастую находятся поблизости от мест дислокации умеренных групп, сирийская армия может атаковать турецких партнеров в Сирии, таким образом поставив под угрозу весь механизм сотрудничества в рамках Астанинских соглашений.

Продолжительные консультации между турецкими и российскими дипломатами и военными могут свидетельствовать о серьезных опасениях турков относительно позиции Анкары в сирийском конфликте в долгосрочной перспективе. Изменение баланса сил в Идлибе, последнем оплоте умеренной оппозиции, напрямую связано с участием Турции в формировании будущей политической системы Сирии и ее экономическим восстановлением.

Во-первых, на фоне переговоров об Идлибе начали говорить о всё меньшем влиянии Турции в общесирийских делах. Все понимают, что Турция вынуждена по многим вопросам идти на компромисс с российской стороной в силу недостаточности собственной военной силы и нежелания вступать в конфликт с российскими партнерами.

Если Турция даст зеленый свет ограниченной военной операции, проводимой даже без прямого участия турецких военных, имиджу турецкого правительства в глазах сирийцев будет нанесен очередной удар. После фактической сдачи Алеппо в 2016 году и ликвидации трех из четырех зон деэскалации умеренная оппозиция в случае начала военной операции в Идлибе перестанет видеть в Турции надежного партнера.

Во-вторых, ситуация в Идлибе напрямую связана с переговорами вокруг роли внешних игроков в вопросе восстановления Турции. Естественно, что Россия заинтересована в привлечении как можно большего числа партнеров. В первую очередь это касается Турции, которая располагает динамичным строительным сектором. Однако участие в распределении контрактов на восстановление сирийской инфраструктуры для Турция на сегодня затруднительно.

Тем не менее именно контроль Анкары над сирийскими территориями позволяет турецкому руководству надеяться, что торговые и экономические связи будут проходить именно через приграничные территории. Турция уже инвестирует в развитие инфраструктуры в северном Алеппо. Стабилизация ситуации в Идлибе может открыть путь турецким инвестициям и в этой провинции.

Наконец, переговоры о будущем Идлиба могут быть связаны с позицией Турции относительно продолжающихся переговоров между сирийскими курдами и Дамаском. На сегодня Турция вынуждена констатировать, что потеряла все инструменты политического и дипломатического влияния на сирийских курдов, стремящихся построить на севере Сирии автономию. Военные операции в Африне и сопредельных приграничных территориях показывают, что Турция будет готова идти и на военную эскалацию против курдских боевиков, связанных с турецкой террористической организацией «Рабочая партия Курдистана».

Очевидно, что Турция может попытаться разменять свое согласие на ограниченную операцию в Идлибе на уступки в вопросе противостояния курдским националистам. Одной из возможных сделок может стать передача курдских территорий вокруг Телль-Рифаата под контроль протурецких сил.



Известия



  • 1
  • 1