alexandr_palkin (alexandr_palkin) wrote,
alexandr_palkin
alexandr_palkin

"Закон о семейно-бытовом насилии" позволит бандитам и работорговцам делать что им угодно с семьёй

Оригинал взят у tachkasmedom в Под чью диктовку написан закон о семейно-бытовом насилии?


В 2014 году Совет по правам человека представил общественности и президенту В.В. Путину закон о профилактике семейного насилия. Объясняя необходимость бороться с семейным насилием, глава СПЧ Михаил Федотов ссылался на международный опыт.   Дескать, обстановка в семьях ужасная, дети "становятся жертвами преступлений, которые в основном совершаются дома" (где доказательства? где статистика? где цифры?), а подобные законы позволяют снизить уровень насилия аж на 40%. Надо сказать, что цифра 40% имеет магическое значение для борцов с насилием. Видимо, она отражает наличие какого-то закона природы и высших космических сил, по которому  насилия в семьях всегда на 40% больше, чем того хотелось бы всякому истинному правозащитнику. Вот в Казахстане его уже на 40% снизили, а в Китае пока нет, поэтому там, по данным китайских СМИ, около 40% женщин, состоящих в браке или отношениях, становились жертвами физического или сексуального насилия.

Внедрение похожих друг на друга, словно бы под копирку сделанных законов активно ведется на территории  бывшего СССР. Казахстан, Беларусь, Литва, Молдова. Теперь вот и очередь России подошла. осенью 2015 года Михаил Федотов попросил Владимира Путина внести законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия» в Думу.

Разработчики законопроекта не только воспроизводят чей-то чужой плач о пресловутых 40% женщин и детей, пострадавших, видите ли, только потому, что живут в семьях.   Нормы, содержащиеся в продвигаемом СПЧ законопроекте, повторяют литовские, молдавские, казахские  вплоть до полной идентичности формулировок и речевых оборотов: «защитное предписание», «психологическое насилие», «экономическое насилие».

Так где же находится первоисточник?

Под чью диктовку писали свой законопроект наши  правозащитники?  А вот, под чью. Знакомьтесь: "ООН Женщины". Структура «ООН Женщины» ̶ это орган Организации Объединенных Наций, занимающийся вопросами гендерного равенства и расширения прав и возможностей женщин. Структура «ООН Женщины» оказывает государствам- членам Организации Объединенных Наций помощь в установлении глобальных стандартов достижения гендерного равенства и совместно с правительствами и гражданским обществом занимается разработкой законов, стратегий, программ и услуг, необходимых для реализации этих стандартов ". Под эгидой «ООН Женщин»  вышло «Пособие для разработки законодательства по вопросам насилия в отношении женщин». Пособие это представляет собой кальку, по которой страны-жертвы ООН должны менять свое семейное законодательство. В предисловии к Пособию говорится, что  в нем "излагаются международные и региональные правовые и политические рамки, которые обязывают государства обеспечить принятие и применение всеобъемлющих и эффективных законов для прекращения насилия в отношении женщин". Наш СПЧ, видимо, решил взять на себя задачу по исполнению обязательств, диктуемых ООН-женщинами всем странам Земли, всей природе и Космосу.

В "глобальных стандартах" прописаны нормы и принципы права, грубо попирающие права родителей и наносящие разрушительный удар по институту семьи. Но наших правозащитников это мало волнует.  Они послушно вписали эти нормы и принципы в законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия».

Интересно сравнить текст законопроекта с тем, что написано в методичке ООН.

Итак, «ООН Женщины» сказали "надо!": «Законодательство должно содержать всеобъемлющую формулировку бытового насилия, включая физическое,сексуальное, психологическое и экономическое насилие.»

СПЧ отвечает «есть!». Статья 3. Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе

В п.2 вводится понятие «семейно-бытовое насилие», определяемое как «умышленное противоправное деяние (действие или бездействие) одного лица в отношении другого (других) лиц, совершенное в сфере семейно-бытовых отношений, если это деяние ущемляет права и свободы человека, и (или) причиняет ему физическую боль, и (или) наносит вред здоровью, и (или) причиняет нравственные страдания, и (или) причиняет ему имущественный вред. Семейно-бытовое насилие может совершаться в форме физического,психологического, сексуального и экономического насилия. Не является семейно-бытовым насилием реализация права на необходимую оборону

Суть нормы. Предложенное в законопроекте определение понятия «семейно-бытового насилия» существенно расширяет и размывает понятие насилия, существующее в нынешнем законодательстве РФ. В УК РФ описаны подлежащие наказанию формы насилия:  физическое, психическое и сексуальное. Однако в законопроекте, в рамках определения понятия семейно-бытового насилия, предлагается ввести  такие формы как «психологическое» и «экономическое» насилие.

Размытость формулировок, отсутствие объективных критериев, позволяющих квалифицировать эти виды насилия,  дает повод для вмешательства практически в каждую семью.  Под определение «семейно-бытового насилия»  подпадает также причинение «нравственных страданий» одному из членов семьи.

Согласно нормам законопроекта, лишение ребенка сладкого перед обедом может квалифицироваться  как «экономическое» и\ или «психологическое» насилие, а испытываемые ребенком при этом  «нравственные страдания» становятся поводом для вызова полиции.  Под угрозой оказывается сам процесс воспитания детей, поскольку он всегда предполагает некоторые ограничения или требования, а согласно нормам законопроекта последние  рассматриваются как насилие над ребенком. Теперь некоторым образом проясняется, откуда берутся такие чудовщные цифры про 40% насилия.

«ООН Женщины» сказали "надо!": Обязанности сотрудников полиции Рекомендация. Законодательство должно предписывать следующие обязанности сотрудников полиции: незамедлительно реагировать на любую просьбу о помощи и защите в случаях насилия в отношении женщин, даже если лицо, сообщающее о таком насилии, не является потерпевшей/пережившей насилие;

СПЧ отвечает «есть!». Статья 10. Сотрудники полиции … рассматривают заявления и сообщения о фактах семейно-бытового насилия или об угрозе их совершения, принимают меры по их пресечению, выносят защитные предписания (ст.11 ч.1) немедленно прибыть к лицу, которое заявитель объявил «пострадавшим» (п.1), обеспечить его безопасность (п.7), с его согласия транспортировать его в безопасное место или в организацию (включая «или иную» для организации помощи) (п.5), принять правовые меры по прекращению семейно-бытового насилия, (п.2), вынести наказание в виде защитного предписания — «с согласия пострадавшего», НО… за исключением случаев, когда пострадавшее лицо в силу возраста, болезни, инвалидности, материальной зависимости, либо по иной причине, не может выразить согласие ( то есть если это ребенок или материально зависимый член семьи, то можно и без его согласия, ст.22 ч.1).

Суть нормы. Предполагается, что вмешательство в семью может быть не только по желанию одного из членов семьи, но и по заявлению  третьих лиц – то есть, против воли членов семьи. Кроме того, предложенный в законопроекте принцип профилактического правого регулирования семейных отношений отменяет такую важную демократическую норму права, как презумпция невиновности. Согласно законопроекту, меры защиты потерпевшего и меры наказания правонарушителя могут осуществляться "незамедлительно", без какого бы то ни было процессуального разбирательства - по  решению сотрудника полиции, согласно его субъективной оценке жалобы одного из супругов или ребенка.

«ООН Женщины» сказали "надо!": Законодательство должно yрегулировать распределение бюджетных средств для своего осуществления посредством: введения для правительства общего обязательства по обеспечению адекватного бюджетного финансирования на осуществление соответствующих видов деятельности; и/или y требовать выделения средств на конкретную деятельность, в частности на учреждение специализированных подразделений прокуратуры; и/или y предусматривать выделение конкретных сумм из бюджетных средств для неправительственных организаций для строго определенной сферы деятельности, содействующей осуществлению законодательства.

СПЧ отвечает «есть!». Статья 15 Законопроекта: Права некоммерческих организаций в сфере семейно-бытового насилия

2. Некоммерческие организации, международные и иные неправительственные организации, функционирующие в сфере противодействия семейно-бытовому насилию вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе, либо в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц. Заявление в защиту законных интересов недееспособного или несовершеннолетнего гражданина в этих случаях может быть подано независимо от просьбы заинтересованного лица или его законного представителя.

Суть нормы. Среди третьих лиц правом вторжения в семью наделяются некоммерческие организации, международные и иные неправительственные организации, которые смогут собирать информацию о семье, обращаться в правоохранительные органы,  сообщать о фактах «насилия» над ребенком и требовать защиты его прав независимо от желания родителей. Оплачивать «услуги» подобных организаций предполагается за счет бюджетных средств. И понятное дело, что  все эти НКО будут заинтересованы в том, чтобы выявить как можно больше «семейного насилия» и влезть в максимальное количество семей.

Вот так гендерно свободные женщины ООН и переформатируют наше законодательство.

Продолжение следует.

Оригинал взят у karhu53 в Органы разрешили изымать принудительно

Органы разрешили изымать принудительно
По мнению Конституционного суда, на изъятие у умерших органов для трансплантации не нужно разрешение родственников покойного.

Органы

Такая позиция изложена в решении Конституционного суда РФ по жалобе Елены Саблиной и двух бабушек её дочери - погибшей в январе 2014 года московской студентки Алины Саблиной. Они пытались оспорить положение ФЗ "О трансплантации органов и (или) тканей человека". Речь идёт о статье 8 закона "Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей", исходя из которой медицинское учреждение не должно спрашивать у родственников погибшего либо умершего человека разрешение на изъятие органов для трансплантации. Исключение составляют случаи, когда "учреждение здравоохранения на момент изъятия поставлено в известность о том, что при жизни данное лицо либо его близкие родственники или законный представитель заявили о своём несогласии на изъятие его органов и (или) тканей после смерти для трансплантации реципиенту".


Как следует из текста жалобы, 11 января 2014 года Алину Саблину, пострадавшую в результате ДТП, в состоянии комы доставили в 24-е отделение реанимации и интенсивной терапии московской клинической больницы № 1 имени Н.И.Пирогова. 17 января девушка скончалась, ей было 19 лет. Мать, до того ежедневно посещавшую больницу, в тот день в палату к дочери не допустили.

В феврале того же года мать Алины, Елена Владимировна Саблина, ознакомилась с материалами уголовного дела, возбуждённого в отношении совершившего смертельное для Алины ДТП. Из заключения судебно-медицинской экспертизы она узнала, что из тела Алины были изъяты "в целях трансплантации" некоторые органы.

В ноябре 2014 года Елена Саблина и две бабушки погибшей девушки - Т.М.Бирюкова и Н.С.Саблина - обратились в Замоскворецкий районный суд города Москвы с иском о компенсации морального вреда. Ответчиками по иску были указаны ГБУЗ города Москвы "Городская клиническая больница №1 имени Н.И.Пирогова Департамента здравоохранения города Москвы", ГБУЗ города Москвы "Городская клиническая больница имени С.П.Боткина" и ФГБУ "Федеральный научный центр трансплантологии и искусственных органов имени академика В.А.Шумакова" Минздрава РФ. Истицы требовали компенсацию за то, что:
1) Елена Саблина не была допущена к своей дочери, находившейся в реанимационном отделении, в последний день её жизни;
2) истцам не сообщили о смерти их дочери и внучки;
3) органы были изъяты из тела Алины без информирования родителей и без их согласия.
В апреле 2015 года суд полностью отказал в удовлетворении исковых требований. При вынесении решения суд сослался на названную статью 8 и на то, что истцы не заявили о своём несогласии с изъятием органов. Позднее суд апелляционной инстанции подтвердил это решение. А в октябре прошлого года Мосгорсуд отказал в передаче их кассационных жалоб на рассмотрение.

В связи с этим родственники Алины Саблиной обратились с жалобой в Конституционный суд, указав, что, по их мнению, упомянутая статья противоречит ряду положений Конституции РФ и Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Также они сослались на решения Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ) по аналогичным делам, в которых прямо сказано, что в ситуациях, связанных с изъятием для трансплантации органов погибших членов семьи без извещения родственников и получения их согласия, имеет место серьёзное нарушение запрета жестокого и унижающего достоинство обращения, а также нарушение права на частную и семейную жизнь (статьи 3 и 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Как указано в решении Конституционного суда, "трансплантация органов и (или) тканей человека является средством спасения жизни и восстановления здоровья граждан". Вместе с тем суд отмечает, что в этой ситуации "интересы человека должны превалировать над интересами общества или науки". В российском законодательстве в случае трансплантации действует "презумпция согласия" - правило, трактующее "невыражение самим лицом, его близкими родственниками или законными представителями своей воли либо отсутствие соответствующих документов, фиксирующих ту или иную волю" как согласие на изъятие органов. Иными словами, "можно делать всё, на что нет чёткого отказа".

Также суд ссылается на собственное определение от 4 декабря 2003 года, где говорится, что спорная статья 8 "сама по себе не является неясной или неопределённой, а потому не может рассматриваться как нарушающая конституционные права граждан". В результате суд пришёл к решению отказать истцам в принятии их жалобы к рассмотрению и признать ст.8 закона о трансплантации соответствующей нормам российского и международного права.

Непростая история. С одной стороны, эта статья формально ничего не нарушает. С другой - в чисто моральном плане она как-то не вписывается в общепринятые нормы. В то же время в разных странах этот вопрос решается по-разному. Где-то действует такая же "презумпция согласия", а где-то требуется надлежащим образом оформленное письменное согласие пациента либо родственников покойного, иначе врачу может грозить серьёзное наказание. И какой из этих двух путей, соответствующих нормам в том числе Всемирной организации здавоохранения, лучше - непонятно.


Ну, как-то так.


Оригинал взят у kosarex в О "трупном" донорстве

http://lenta.ru/articles/2016/03/13/gotie/


Даже в этой заказной публикации академик Готье вынужден признать, что органы забирают из тел, в которых при мертвом мозге сохраняется работа системы кровообращения. Это не совсем так, органы сохраняют свежесть некоторое время после остановки сердца, а некоторые части, например, роговицу глаза, советские и российские хирурги традиционно берут у трупов без спроса. Главное, что нынешний закон опасен для молодых и здоровых, а в условиях современной коррупции не просто опасен, а дважды опасен, причем не только бедным, но и сравнительно состоятельным.

Более того, можно заранее предсказать грядущие скандалы. Разберут на запчасти сыночка или дочку видных чекистов или чиновников, попробуют те возмущаться, как наткнутся на традиционное непонимание - поезд же ушел, ошибки неизбежны, не увольнять же полезных обществу людей. Однако, никакие скандалы не помогут. Закон явно принимался под политическим соусом - народ надо приучать к равнодушному отношению к праву на жизнь как себя, так и окружающих. В итоге перед нами типичный пример соединения в одно понятий элитарности и аморальности в схеме управления.

Tags: Безопасность государства, Защита Семьи, Преступность, Проект МФО "Валить Путина и Россию", Работорговля, Трансплантология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments