?

Log in

No account? Create an account
поговорим

alexandr_palkin


МИРОСТРОИТЕЛЬСТВО

Будущее России рождается в каждом из нас


Previous Entry Поделиться Next Entry
США вторгаются в Китай*, чтобы умереть, коль не утонули в сирийском и украинском кровавых болотах
Для Вас
alexandr_palkin
Оригинал взят у manzal в Зачем Америка вторгается в Китай?

Появление американского эсминца у островов Спратли, что находятся в Южно-Китайском море и уже много лет становятся предметом спора сразу нескольких азиатских государств*, может стать не просто вторжением в чужие морские воды, но и созданием нового, более масштабного по сравнению со всеми текущими конфликта. Вполне вероятно, что действия Вашингтона случайно или специально, повлияют на разрастание локальных конфликтов в нескольких точках мира до глобального противостояния за мировое влияние.




Акция с американским военным кораблем на территории Китая для каждой из сторон имела серьезное значение:



- для Китая это «вызов». Страна, которая привыкла к уважению в свой адрес, не потерпит «щелчка по носу» от страны-гегемона, в привычку которого плотно вошла мысль, что любая проделка и даже военная агрессия сходит с рук.


- для США это обычная акция «приручения». Дрессировка, если быть точнее. Дело в том, что Америка, несмотря на важность и напыщенный вид вкупе с пренебрежительным отношением ко всем участникам политического процесса, действительно побаивается активности Китая и его якобы нейтральной позиции, которая в любой момент может наклониться в сторону России. В совокупности с тем, что антиИГИЛовская коалиция терпит откровенное фиаско, признавая легитимность правительства Асада и попадая вместо террористов по больницам в Йемене, для Штатов просто необходимо имиджевая акция, которая вновь повысит ее рейтинг в глазах общественности.


Почему именно Китай?


1. Потому что Китай на островах, признаваемых спорными, занимается освоением своей части архипелага. В частности, для строительства аэродрома и военной базы. Зачем? Для того чтобы полноценно влиять на пространство Южно-Китайского моря, вытеснив оттуда всех проамериканских соседей. Которых Китай считает главной угрозой своей безопасности. Практически все морские пути контролируются Штатами, которые являются единоличными владельцами невероятного количества военных баз и мощнейшим флотом. Поэтому Китай будет пытаться переиграть США, поэтому США будет наблюдать за Китаем и делать все для того, чтобы сдерживать Поднебесную.


2. Потому что Китай, по заявлению президента США – угроза торгово-экономическому потенциалу США. «Мы не можем позволить странам вроде Китая писать правила глобальной экономики. Мы должны писать эти правила», - заявил Обама, комментируя предстоящее завершение переговоров по Транс-Тихоокенаскому партнерству, которое может полностью перевернуть привычные представления о ходе международной торговли.


3. Потому что США совершает ошибку, полагаясь на исторический опыт. Полвека назад благодаря тому, что США поймали волну опасений Пекина насчет СССР, Вашингтону удалось на короткое время стать партнером Китая, даже в вопросе военного сотрудничества. Все для того, чтобы удалось сдержать Москву. Однако между тем, что было тогда, и тем, что есть сейчас, есть маленькая такая разница – Штаты уже опоздали. Именно российские военные корабли все чаще проводят совместные военные учения с китайскими (а не вторгаются в воды КНР), именно с Россией Китай постоянно обсуждает возможности торгового партнерства. И теперь перевес явно не на американской стороне.


Самая большая ошибка США в том, что они открыто заявили о неслучайности появления корабля в водах Китая. И, более того, добавили, что такая акция может неоднократно повториться. На это Китай отреагировал решительно:






И если учесть, что такими же решительными могут быть китайские действия по подавлению «революции», то Штатам предстоит составить серьезный план по восстановлению дружеских отношений с этой азиатской страной, если они не хотят оказаться в стадии острого конфликта. Или именно в этом и заключается их конечная цель?..


*

[история и география]Спратли, он же Наньша – не просто архипелаг, богатый огромными залежами полезных ископаемых. Это группа островов, обладание которыми решительно влияет на расстановку сил в Южно-Китайском море. Именно поэтому Китай всеми силами «вцепился» в этот, на первый взгляд, незначительный кусочек суши. И даже начал его осторожное освоение.
Сегодня о своих правах на острова архипелага Спратли заявляют сразу 6 стран: Вьетнам, Китай, Тайвань, Малайзия, Филиппины и Бруней. Но даже обращение к истории принадлежности спорной территории не может дать достаточно четких ответов на вопрос: а чей же на самом деле остров?
Из истории вопроса


Первые серьезны споры по поводу принадлежности островов возникли в XX веке между французским Индокитаем и Цинским правительством. А власти остальных колониальных владений региона — Филиппин (США), Малайи (Великобритания) и Индонезии (Нидерланды) — вообще не придавали значения этому вопросу. В результате не очень решительных действий, Китай, после нескольких собственных экспедиций и периодических «налетов» Парижа, установил на островах свой флаг и по принципу «кто первый встал, того и тапки» на некоторое время забыл о проблемах этих спорных территорий.


Следующий по-настоящему важный этап связан с действиями Японии в период Второй мировой. В 1945 г. японцы эвакуировались с островов, а через год после завершения войны на Тихом океане — во второй половине 1946 г. — к о-вам Спратли и Парасельским островам китайское правительство направило две военно-морские экспедиции. Китайцы уничтожили все возведенные ранее японскими войсками символы принадлежности островов Японии, заменив их китайской символикой. Но если экспедиция на острова Спратли этим и ограничилась, то на островах группы Амфитрит Парасельских островов были учреждены военный гарнизон и пограничные посты; на острове Буазе было начато строительство основной китайской военной базы в этом районе.


Однако в 1947 Франция вновь объявила о своих правах на острова. Избежав военного столкновения, французы и китайцы фактически разделили между собой Парасельский архипелаг: первые взяли под свой контроль группу Круассан, а китайцы остались с островами Амфитрит. Но такое положение сохранялось недолго: в мае 1950 г. гоминдановский гарнизон был эвакуирован с о.Буазе, оставив группу Амфитрит вне чьей-либо юрисдикции. К этому времени французы, занятые внутренними проблемами в своей колонии, не были заинтересованы в том, чтобы продолжать тяжбу с китайцами. 14 октября 1950 г. правительство Франции официально передало правительству императора Баодая свои права на управление и оборону в отношении архипелагов Парасельского и Спратли. На Параселы для руководства церемонией передачи выезжал губернатор Аннама (Центральный Вьетнам).


Хотя разногласия относительно принадлежности островов Южно-Китайского моря стали проявляться еще в начале XX в., оформились они в международный спор лишь в 1951 г. Выступая 17 мая 1951 г. на пресс-конференции, президент Филиппин Э. Кирино заявил, что северные острова группы Спратли расположены вблизи побережья Филиппин, тесно связаны с ними географически и несомненно принадлежат им. Незамедлительно последовал ответ Пекина: уже 19 мая МИД КНР заявило протест против высказывания Э. Кирино, расценив его как безосновательное покушение на китайскую территорию.


Вьетнамцы выступили с обоснованием своих прав на эти территории 7 сентября, когда премьер-министр и министр иностранных дел баодайского правительства Чан Ван Хыу сделал на этой конференции заявление : «Мы подтверждаем наши права на острова Спратли и Парасельские, которые всегда принадлежали Вьетнаму».


Следующий крупный спор возник аж в 1974 году. 18 января года Пекин потребовал от Ханоя не вести никаких изыскательских работ в Тонкинском заливе на указанной китайской стороной площади, а также «не разрешать третьей стране вести разведку недр» в заливе. А уже на следующий день крупные силы ВМС и ВВС Китая нанесли удар по островам Парасельского архипелага, где были дислоцированы сайгонские войска, и установили контроль над ними.


Южновьетнамские власти решительно протестовали против акции, предпринятой КНР на Параселах. Но протесты в Совет Безопасности ООН и обращения к США за помощью оказались безрезультатны. Корабли 7-го флота США, находившиеся в непосредственной близости от зоны конфликта, получили приказ не подключаться к боевым действиям.


Итогом многолетних споров стала ситуация раздела влияния. Больше всего островов архипелага контролирует Вьетнам, потом Китай, крупнейший остров занял Тайвань, около десятка мелких заняли Филиппины, несколько островов удерживает Малайзия. Никто не собирается уступать.
Огромный объем грузов – и тот, кто контролирует Спратли, может в случае войны закрыть сообщение между тихоокеанской зоной и Ближним Востоком и Европой. Поэтому в последние годы Китай перешел в наступление – он начал строительство искусственного насыпного острова, на котором можно будет разместить военный аэродром. В отличие от других стран, претендующих на архипелаг, у Китая нет там своего аэродрома – а расстояние до его берегов больше, чем у претендентов.



Оригинал взят у dr_rusi4 в В США некому воевать с Россией?
Оригинал взят у matveychev_oleg в В США некому воевать с Россией?

Западные СМИ: американцы либо ожирели, либо отупели, либо разочаровались в своих вооруженных силах

Антон Мардасов

l-134680

Большинство американцев не готовы воевать за свою страну. К такому выводу пришло авторитетное британское издание The Economist в статье под названием «Кто будет сражаться в следующей войне?».

Разрыв между американским обществом и армией растет с тех пор, как в США была отменена воинская повинность. Сейчас количество пригодных к службе новобранцев в стране не соответствует ее военным нуждам. В будущем США, вероятно, не смогут мобилизовать нужное количество новобранцев для новых возможных войн, пишет издание.

Журнал цитирует сержанта Рассела Хэйни, занимающегося вербовкой новобранцев в армию. По его словам, большинство американцев любят «пустые слова» о своем уважительном отношении к военной службе, но на деле служить не хотят.

The Economist подтверждает это конкретными цифрами: к концу финансового года, то есть до 30 сентября, четыре вида вооруженных сил США — армия (СВ), ВМС, ВВС и корпус морской пехоты — планировали привлечь в свои ряды 177 тысяч человек, в первую очередь среди американцев в возрасте 17−21 года. Однако с проблемами столкнулись все виды войск. В частности, армия сумела выполнить план, но лишь в последний момент и «пожертвовав» своими резервами.

По данным The Economist, к 2019 году количество резервистов США достигнет минимальных показателей со времен Второй мировой войны.

— Мы участвовали в двух длительных сухопутных кампаниях, и американская общественность очень положительно относится к вооруженным силам, но при этом большая часть американцев полностью утратила связь с ними, — говорит генерал-майор Джеффри Сноу, отвечающий за набор рекрутов. — Менее 1% американцев хотят и могут служить.



Журнал отмечает, что разрыв между американскими обществом и армией увеличился в том числе и за-за негативной оценки американскими СМИ войн в Ираке и Афганистане, а также удручающей ситуации с образованием, и конкретно — с физкультурой.

В частности, из 21 миллиона американцев в возрасте от 17 до 21 года 9,5 миллиона человек не прошли бы тест по элементарной научной подготовке либо потому, что они бросили школу, либо просто из-за того, что большая часть американской молодежи не может производить сложные расчеты без калькулятора. Еще семь миллионов были бы признаны непригодными из-за ожирения, криминального прошлого или татуировок на руках и лицах. Остается 4,5 миллиона пригодных к службе американцев, из которых только около 390 тысяч хотели бы служить.

С точки зрения издания, в следующий раз, когда США будут нуждаться в резком притоке призывников в армию, это будет связано с войной куда более жестокой, чем те, с которыми страна имела дела недавно. В итоге Соединенные Штаты, возможно, будут неспособны призвать в армию нужное количество новобранцев для этой гипотетической войны, не вернув воинскую повинность и не затратив значительных сумм.

Руководитель Центра военно-политических исследований Института США и Канады РАН Владимир Батюк замечает: The Economist — это солидное издание, не желтая пресса. И то, о чем пишут британские журналисты о пополнении армии ВС США — на самом деле близко к реальной действительности.

— Американские ВС комплектуются на добровольной основе, а не призываются на основе всеобщей воинской обязанности. И нехватка обученного резерва — действительно серьезная проблема, если нужно принять участие в каком-то даже региональном военном конфликте.

Соединенные Штаты столкнулись с проблемой обученного резерва в «нулевые» годы, когда были вынуждены вести две кампании одновременно — в Ираке и Афганистане. Тогда американцам пришлось напрячь все свои резервы и бросить в бой даже Национальную гвардию, хотя по закону это запрещено делать в мирное время, если Конгресс не объявлял никому войну (в 2005 году члены и резервисты нацгвардии составляют самую большую долю фронтовых вооружённых сил за всю военную историю США — около 43% в Ираке и 55% в Афганистане; в 2011-ом начальник штаба армии генерал Джордж Кейси-младшийзаявил, что более 300 000 национальных гвардейцев участвовали в войне в Ираке или Афганистане — «СП»).

То есть обсуждаемая проблема стала актуальной еще тогда, когда в Америке был мощный патриотический подъем, когда авторитет ВС был высок, как никогда. Но сейчас — после не очень удачного завершения кампаний в Афганистане и Ираке, престиж американских вооруженных сил снова не на высоте.

Конечно, проблема нехватки обученного резерва характерна для всех стран, которые имеют так называемые профессиональные вооружённые силы. В тех ВС, которые комплектуются на основе всеобщей воинской обязанности, такой проблемы нет — в случае чего можно сразу призвать достаточное количество хорошо обученных и здоровых мужчин, напомнить им их военные навыки в ходе сборов. И после определенной подготовки уже можно использовать данный контингент для действительной военной службы.

Но и тут есть свои проблемы. Как показывает российский опыт, в случае, если война не слишком популярна в народе (например, Русско-японская война 1904—1905 гг.), то такая мобилизация может стать прологом к революции. Добровольная армия в этом плане гораздо послушнее и дисциплинированнее, ее использование в каких-либо военных кампаниях не вызывает широких общественных протестов.

Директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов полагает, что в случае войны, гипотетически американцы смогут довольно оперативно мобилизовать 12−14 млн. человек, однако не все из них будут иметь военную подготовку в рамках ВС или нацгвардии.

— Кроме того, последнее время в американском обществе отношение к военным кампаниям и собственным ВС достаточно противоречивое. И одно дело чувство патриотизма, которые американцы всячески подчеркивают, и совсем другое — участие в реальных боевых действиях, где ты можешь быть убит или на всю жизнь остаться калекой. Поэтому даже в случае большой войны сомнительно, что американцы смогут достаточно быстро набрать большое количество людей.

Однако в начале 90-х годов в США воспринимали ВС по-другому. К тому времени американское общество пережило шок от Вьетнамской войны (непонятные цели, большие потери, как следствие — широкое антивоенное движение, телевидение тут тоже сыграло свою роль — кадры ужасов войны только подпитывали протестные демонстрации). В 1991 году была легкая и красивая победа многонациональных сил во главе с США над Ираком — за освобождение и восстановление независимости Кувейта. Благодаря широкому освещению процесса боевых действий в СМИ, война в Персидском заливе получила название «телевизионной войны». Кроме того, конфликт известен невиданным доселе размахом применения ВВС и высокоточного оружия. Тогда всем казалось, что война стала похожа на голливудский боевик, где главные герои не погибают, но обязательно побеждают соперника.

Потом, правда, был неприятный казус, когда в 1993 году 3−4 октября в Могадишо американский спецназ попал в окружение сомалийских боевиков генерала Айдида, понес серьезные потери. При этом по CNN были показаны кадры, снятые сомалийским журналистом Иссой Мухаммедом, в которых сомалийские боевики носят по всему городу растерзанное тело погибшего бойца «Дельты». Эти кадры шокировали американцев, как во время войны во Вьетнаме.

Но потом была почти без потерь война в Югославии, и американское общество снова начало привыкать к тому, что ВС научились действовать дистанционно… Но затем последовала череда неудач, которая, к тому же, привела к развалу Ирака, к сложной ситуации в Афганистане. Американское общество с 2005 года видит, что их войска — защитники демократии — нигде не стали миротворцами.

Кстати сказать, в Америке в последнее время появилось огромное количество различных фильмов и сериалов, которые не пиарят ВС США, а наоборот — высмеивают. Так, сериал «На грани» (The Brink) 2015-го года выставляет военных и политиков США либо сексуально озабоченными людьми, либо любителями выпить. Конечно, это комедия, но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки, а остальное — правда.

Однако ведущий научный сотрудник отдела оборонной политики РИСИ, кандидат военных наук Владимир Карякин отмечает, что материал британского издания не обошли журналистские домыслы, цель которых — повысить цитируемость.

— После кратковременных успехов России в Сирии было бы опасным думать, мол, мы -молодцы, а американцы ничего не могут, даже мобилизовать добровольцев на войну. Это довольно-таки тревожная тенденция, которая зачастую создает иллюзию мощи, ложную самоуспокоенность, что приводит к ошибкам и просчетам.

Да, определенные проблемы с обученным резервом у американцев есть — но у кого их нет? Разве их нет у тех стран, где войска комплектуются на основе всеобщей воинской обязанности?

Да, представителей этнических меньшинств в ВС действительно много, но для них служба — это социальный лифт, возможность выбраться из трущоб и получать достаточно неплохую заработную плату.

Кроме того, ошибкой было бы думать, что современные войны средней или высокой интенсивности с участием сверхдержавы — это танковые прорывы, сражения в окопах и т. д. К примеру, триумфальная стрельба кораблей каспийской флотилии крылатыми ракетами «Калибр-НК» по целям в Сирии действительно показала всему миру, что у нас есть что противопоставить в океане знаменитым американским «Томагавкам». Но ведь на самом деле у нас их пока до обидного мало, как и кораблей, несущих такое оружие. В отличие от США, у которых и ракет достаточно, и их носителей. Не говорю уже о беспилотниках, которых в России, к сожалению, мало, а ударных — вообще нет на вооружении.


Масштабные войны сегодня носят другой характер — информационно-психологический и экономический. Думаю, не надо объяснять, что США в этом деле — настоящие мастера.