alexandr_palkin (alexandr_palkin) wrote,
alexandr_palkin
alexandr_palkin

Categories:

Выступление президента Байдена по Афганистану 16 АВГУСТА 2021 ГОДА



Выступление президента Байдена по Афганистану
16 АВГУСТА 2021 ГОДА
Восточная комната


4:02 ВЕЧЕРА ПО восточному времени

ПРЕЗИДЕНТ: Добрый день. Я хочу сегодня поговорить о разворачивающейся ситуации в Афганистане: о событиях, которые произошли на прошлой неделе, и о шагах, которые мы предпринимаем для реагирования на быстро развивающиеся события.

Моя команда национальной безопасности и я внимательно следили за ситуацией на местах в Афганистане и быстро продвигались к выполнению планов, которые мы разработали, чтобы реагировать на все группы, в том числе — и на непредвиденные обстоятельства — включая быстрый крах, который мы наблюдаем сейчас.

Чуть позже я расскажу подробнее о конкретных шагах, которые мы предпринимаем, но я хочу напомнить всем, как мы сюда попали и каковы интересы Америки в Афганистане.

Мы отправились в Афганистан почти 20 лет назад с четкими целями: найти тех, кто напал на нас 11 сентября 2001 года, и убедиться, что "Аль-Каида" не сможет использовать Афганистан в качестве базы для нового нападения на нас.

Мы это сделали. Мы серьезно ослабили "Аль-Каиду" в Афганистане. Мы никогда не прекращали охоту за Усамой бен Ладеном, и мы его поймали. Это было десять лет назад.

Наша миссия в Афганистане никогда не предполагалась как государственное строительство. Никогда не предполагалось, что это будет создание единой, централизованной демократии.

Наш единственный жизненно важный национальный интерес в Афганистане сегодня остается тем, чем он был всегда: предотвращение террористического нападения на американскую родину.

Я много лет утверждал, что наша миссия должна быть сосредоточена исключительно на борьбе с терроризмом, а не на борьбе с повстанцами или государственном строительстве. Вот почему я выступил против всплеска, когда это было предложено в 2009 году, когда я был вице-президентом.

И именно поэтому, как Президент, я непреклонен в том, чтобы мы сосредоточились на угрозах, с которыми мы сталкиваемся сегодня в 2021 году, а не на вчерашних угрозах.

Сегодня террористическая угроза распространилась далеко за пределы Афганистана: "Аш-Шабааб" в Сомали, "Аль-Каида" на Аравийском полуострове, "Ан-Нусра" в Сирии, ИГИЛ пытается создать халифат в Сирии и Ираке и создать филиалы во многих странах Африки и Азии. Эти угрозы требуют нашего внимания и наших ресурсов.

Мы проводим эффективные контртеррористические миссии против террористических групп во многих странах, где у нас нет постоянного военного присутствия.

Если потребуется, мы сделаем то же самое в Афганистане. Мы разработали потенциал по борьбе с терроризмом за горизонтом, который позволит нам внимательно следить за любыми прямыми угрозами Соединенным Штатам в регионе и действовать быстро и решительно, если это необходимо.

Когда я вступил в должность, я унаследовал сделку, которую президент Трамп заключил с талибами. Согласно его соглашению, американские войска должны были покинуть Афганистан к 1 мая 2021 года — всего чуть более чем через три месяца после того, как я вступил в должность.

Силы США уже сократились во время администрации Трампа примерно с 15 500 американских военнослужащих до 2500 военнослужащих в стране, и Талибан был самым сильным в военном отношении с 2001 года.

Выбор, который я должен был сделать, как ваш президент, состоял в том, чтобы либо выполнить это соглашение, либо быть готовым вернуться к борьбе с талибами в середине весеннего боевого сезона.

После 1 мая не было бы никакого прекращения огня. После 1 мая не было соглашения о защите наших войск. После 1 мая не было стабильного статус-кво без потерь среди американцев.

Существовала только холодная реальность либо выполнения соглашения о выводе наших войск, либо эскалации конфликта и отправки еще тысяч американских военнослужащих обратно в бой в Афганистане, что привело к третьему десятилетию конфликта.

Я твердо стою за своим решением. За 20 лет я на собственном горьком опыте убедился, что для вывода американских войск никогда не было подходящего времени.

Вот почему мы все еще были там. Мы трезво оценивали риски. Мы планировали все на случай непредвиденных обстоятельств.

Но я всегда обещал американскому народу, что буду с вами откровенен. Правда в том, что это действительно произошло быстрее, чем мы ожидали.

Так что же случилось? Политические лидеры Афганистана сдались и бежали из страны. Афганские военные терпели крах, иногда даже не пытаясь сражаться.

Во всяком случае, события прошлой недели подтвердили, что прекращение военного участия США в Афганистане сейчас было правильным решением.

Американские войска не могут и не должны участвовать в войне и погибать в войне, в которой афганские силы не желают сражаться сами за себя. Мы потратили более триллиона долларов. Мы обучили и снарядили афганские вооруженные силы численностью около 300 000 человек — невероятно хорошо оснащенные — силы, по размерам превосходящие вооруженные силы многих наших союзников по НАТО.

Мы дали им все инструменты, которые им могли понадобиться. Мы платили им зарплату, обеспечивали содержание их военно — воздушных сил-то, чего нет у талибов. У талибов нет военно - воздушных сил. Мы оказывали тесную поддержку с воздуха.

Мы дали им все шансы самим определить свое будущее. Чего мы не могли им дать, так это воли к борьбе за это будущее.

Есть некоторые очень храбрые и способные подразделения и солдаты афганских спецназовцев, но если Афганистан сейчас не в состоянии оказать какое — либо реальное сопротивление талибам, нет никаких шансов, что еще 1 год-еще 1 год, еще 5 лет или еще 20 лет пребывания американских военных на земле имели бы какое-либо значение.

И вот во что я верю до глубины души: неправильно приказывать американским войскам усиливаться, когда собственные вооруженные силы Афганистана этого не сделали бы. Если бы политические лидеры Афганистана не смогли собраться вместе на благо своего народа, не смогли договориться о будущем своей страны, когда все пошло наперекосяк, они бы никогда этого не сделали, пока американские войска оставались в Афганистане, неся на себе основную тяжесть боевых действий за них.

И наши истинные стратегические конкуренты — Китай и Россия — ничего так не хотели бы, как чтобы Соединенные Штаты продолжали бесконечно направлять миллиарды долларов ресурсов и внимания на стабилизацию Афганистана.

Когда я принимал президента Гани и председателя Абдуллу в Белом доме в июне и снова, когда я разговаривал с Гани по телефону в июле, у нас были очень откровенные беседы. Мы говорили о том, как Афганистану следует подготовиться к ведению гражданских войн после ухода американских военных, чтобы искоренить коррупцию в правительстве, чтобы правительство могло функционировать на благо афганского народа. Мы много говорили о необходимости политического объединения афганских лидеров.

Они не смогли сделать ничего из этого.

Я также настоятельно призвал их заняться дипломатией, стремиться к политическому урегулированию с талибами. Этот совет был наотрез отвергнут. Г-н Гани настаивал на том, что афганские силы будут сражаться, но, очевидно, он ошибался.

Поэтому мне снова остается спросить тех, кто утверждает, что мы должны остаться: сколько еще поколений дочерей и сыновей Америки вы бы хотели, чтобы я отправил сражаться с афганцами — в гражданскую войну в Афганистане, когда афганские войска этого не сделают? Сколько еще жизней — американских жизней — это стоит? Сколько бесконечных рядов надгробий на Арлингтонском национальном кладбище?

Я четко сформулировал свой ответ: я не буду повторять ошибки, которые мы совершили в прошлом, — ошибку, заключающуюся в том, что мы остаемся и сражаемся бесконечно в конфликте, который не отвечает национальным интересам Соединенных Штатов, в удвоении гражданской войны в чужой стране, в попытке переделать страну с помощью бесконечного развертывания вооруженных сил США.

Это те ошибки, которые мы не можем продолжать повторять, потому что у нас есть важные жизненные интересы в мире, которые мы не можем позволить себе игнорировать.

Я также хочу признать, насколько это болезненно для многих из нас. Сцены, которые мы наблюдаем в Афганистане, они выворачивают наизнанку, особенно для наших ветеранов, наших дипломатов, гуманитарных работников, для всех, кто провел время на местах, работая в поддержку афганского народа.

Для тех, кто потерял близких в Афганистане, и для американцев, которые воевали и служили в этой стране — служите нашей стране в Афганистане — это глубоко, глубоко личное.

Это и для меня тоже. Я работал над этими вопросами так же долго, как и все остальные. Я был по всему Афганистану во время этой войны — пока шла война — от Кабула до Кандагара и долины Кунар.

Я ездил туда четыре раза по разным поводам. Я встречался с людьми. Я говорил с лидерами. Я провел время с нашими войсками. И я на собственном опыте понял, что было и чего не было возможно в Афганистане.

Итак, теперь мы феркус [так] — сосредоточены на том, что возможно.

Мы будем и впредь оказывать поддержку афганскому народу. Мы будем руководить нашей дипломатией, нашим международным влиянием и нашей гуманитарной помощью.

Мы будем продолжать настаивать на региональной дипломатии и взаимодействии для предотвращения насилия и нестабильности.

Мы будем продолжать выступать в защиту основных прав афганского народа — женщин и девочек — так же, как мы выступаем во всем мире.

Я ясно дал понять, что права человека должны быть центром нашей внешней политики, а не периферией. Но сделать это можно не с помощью бесконечных военных развертываний, а с помощью нашей дипломатии, наших экономических инструментов и объединения всего мира, чтобы присоединиться к нам.

А теперь позвольте мне изложить нынешнюю миссию в Афганистане. Меня попросили санкционировать — и я это сделал — развертывание 6000 военнослужащих США в Афганистане с целью оказания помощи в выводе гражданского персонала США и союзников из Афганистана и эвакуации наших афганских союзников и уязвимых афганцев в безопасное место за пределами Афганистана.

Наши войска работают над обеспечением безопасности аэродрома и обеспечением бесперебойной работы как гражданских, так и военных рейсов. Мы берем на себя управление воздушным движением.

Мы благополучно закрыли наше посольство и перевели наших дипломатов. Наше дип - наше дипломатическое присутствие теперь также укреплено в аэропорту.

В ближайшие дни мы намерены вывезти тысячи американских граждан, которые жили и работали в Афганистане.

Мы также будем продолжать поддерживать безопасный отъезд гражданского персонала — гражданского персонала наших союзников, которые все еще служат в Афганистане.

Операция "Союзники-беженцы" [Убежище], о которой я объявил еще в июле, уже перевезла 2000 афганцев, имеющих право на получение специальных иммиграционных виз, и их семьи в Соединенные Штаты.

В ближайшие дни американские военные окажут помощь в переселении большего числа афганцев, имеющих право на получение СИВ, и их семей из Афганистана.

Мы также расширяем доступ беженцев, чтобы охватить других уязвимых афганцев, которые работали в нашем посольстве: неправительственные организации США-или неправительственные организации США; и афганцев, которые в противном случае подвергаются большому риску; и информационные агентства США.

Я знаю, что есть опасения по поводу того, почему мы не начали эвакуацию афганцев — гражданских лиц раньше. Отчасти ответ заключается в том, что некоторые афганцы не хотели уезжать раньше — все еще надеясь на свою страну. И отчасти это произошло потому, что афганское правительство и его сторонники отговорили нас от организации массового исхода, чтобы избежать, как они сказали, “кризиса доверия”.

Американские войска выполняют эту миссию так же профессионально и эффективно, как и всегда, но не без риска.

Осуществляя этот вылет, мы ясно дали понять талибам: если они нападут на наш персонал или сорвут нашу операцию, присутствие США будет быстрым, а ответ будет быстрым и решительным. Мы будем защищать наш народ с сокрушительной силой, если это необходимо.

Наша нынешняя военная миссия будет короткой по времени, ограниченной по масштабу и сосредоточенной на своих целях: как можно быстрее доставить наших людей и наших союзников в безопасное место.

И как только мы завершим эту миссию, мы завершим вывод наших войск. Мы положим конец самой продолжительной войне в Америке после 20 долгих лет кровопролития.

События, которые мы наблюдаем сейчас, являются печальным доказательством того, что никакое количество военной силы никогда не сможет обеспечить стабильный, единый и безопасный Афганистан, известный в истории как “кладбище империй”.

То, что происходит сейчас, с таким же успехом могло произойти 5 лет назад или 15 лет в будущем. Мы должны быть честными: наша миссия в Афганистане совершила много ошибок — совершила много ошибок за последние два десятилетия.

Сейчас я четвертый американский президент, председательствующий на войне в Афганистане, — два демократа и два республиканца. Я не буду перекладывать эту ответственность на пятого Президента.

Я не буду вводить в заблуждение американский народ, утверждая, что еще немного времени в Афганистане все изменит. Я также не буду уклоняться от своей доли ответственности за то, где мы находимся сегодня и как мы должны двигаться дальше.

Я президент Соединенных Штатов Америки, и со мной все кончено.

Я глубоко опечален фактами, с которыми мы сейчас сталкиваемся. Но я не сожалею о своем решении прекратить военные действия Америки в Афганистане и сосредоточить внимание на наших контртеррористических миссиях там и в других частях мира.

Наша миссия по ослаблению террористической угрозы "Аль-Каиды" в Афганистане и убийству Усамы бен Ладена увенчалась успехом.

Наших десятилетних усилий преодолеть многовековую историю и навсегда изменить и переделать Афганистан не было, и я писал и верил, что этого никогда не будет.

Я не могу и не буду просить наши войска бесконечно сражаться в другой — в гражданской войне в другой стране, принося жертвы, получая разрушительные для жизни ранения, оставляя семьи, разбитые горем и утратами.

Это не в интересах нашей национальной безопасности. Это не то, чего хочет американский народ. Это не то, чего заслуживают наши войска, которые так многим пожертвовали за последние два десятилетия.

Когда я баллотировался в президенты, я дал обещание американскому народу, что положу конец военному участию Америки в Афганистане. И хотя это было тяжело и грязно — и да, далеко не идеально, — я выполнил это обязательство.

Что еще более важно, я взял на себя обязательство перед храбрыми мужчинами и женщинами, которые служат этой нации, что я не собираюсь просить их продолжать рисковать своей жизнью в военных действиях, которые должны были закончиться давным-давно.

Наши лидеры сделали это во Вьетнаме, когда я приехал сюда молодым человеком. Я не буду делать этого в Афганистане.

Я знаю, что мое решение будет подвергнуто критике, но я бы предпочел принять всю эту критику, чем передавать это решение другому президенту Соединенных Штатов — еще одному — пятому.

Потому что это правильное решение — это правильное решение для нашего народа. Правильный выбор для наших храбрых военнослужащих, которые рисковали своей жизнью, служа нашей нации. И это правильно для Америки.

Так что, спасибо тебе. Пусть Бог защитит наши войска, наших дипломатов и всех храбрых американцев, которые служат в опасности.


4:21 ВЕЧЕРА ПО восточному времени



Белый Дом                                Яндекс-переводчик



Tags: Афганистан, Байден
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments